Главная arrow Творчество arrow Проза arrow Сорокина Ангелина, 4 класс. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ВОВКИ И ЕГО ДРУЗЕЙ
Monday, 03 October 2022
Главное меню
Вход в систему
Пользователь

Пароль

Запомнить меня
Забыли пароль?
Статистика

Победитель
I Всероссийского конкурса
в абсолютной номинации
«Лучший школьный сайт
2007-2008»




Городской центр профессионального развития

Блог школьного Всезнайки

Видеоуроки по самым разным направлениям работы в Adobe Photoshop



Время: 18:33
ВСЕГО -
Пользователей:
15161
Статей: 1599
Ссылок: 51


 
Web На сайте школы 1262
Главная ФОТОальбом Ссылки Поиск Форум Контакты

Сорокина Ангелина, 4 класс. ПРИКЛЮЧЕНИЯ ВОВКИ И ЕГО ДРУЗЕЙ Версия для печати
Рейтинг: / 0
ХудшаяЛучшая 
Tuesday, 05 May 2009

Сорокина  Ангелина

Школа №1262

им.А.Н.Островского,

класс 4 «б»

 

 

ПРИКЛЮЧЕНИЯ ВОВКИ И ЕГО ДРУЗЕЙ

 

 

Посвящаю моей первой учительнице

Юлии Владимировне Беляевой

 

 

ВВЕДЕНИЕ

 

     Вы-то думаете, что начало у нас звучит так: «Жил-был маленький мальчик Вовка»…Ошибаетесь! Начало звучит так: жил-был взрослый человек Володя Смирнов. Из маленького мальчика он превратился во взрослого, стройного и высокого дядю. У него был 5-летний сын Егор. Малыш был очень любопытным ребенком, и перед сном его папе всегда приходилось рассказывать сыну о своем детстве. Егору очень нравилось слушать о детстве папы и он всегда с нетерпением ждал этих рассказов.

      Так вот однажды, после детского садика, дома, вечером, Егорка, как всегда, лег в постель в 9 часов. Папа зашел в комнату и улыбнулся.

--- Ну-с,- начал он, - О чем будем рассказывать?

--- Историю! – крикнул малыш, - Приключения твои и твоих друзей!

--- Ладно! – махнул рукой папа, - В 115-й раз расскажу тебе, озорник! Итак, это началось, когда я      был пионером, в 4-ом классе, и мне было 10 лет. Мне было 10 лет.

     И папа начал:

--- И вот…..

 

 

ПРИКЛЮЧЕНИЯ НАЧИНАЮТСЯ

 

     Наш класс делился на 3 команды. Напоминаю тебе, что нас было  всего 15.Да-да, не удивляйся, именно 15. Команда Кости Воробьева была самой большой – 7 человек. Команда Люси Орловой была из 5 человек. А моя – самая маленькая, из 3-х. Я был капитан команды. Каждая команда совместно писала стенгазеты, готовилась к контрольным и т.п. Иногда мы даже делали домашние задания командой! У нас была строгая учительница Ольга Юрьевна.

     Люську Орлову мы не любили. Почему? Люська была предательницей. Чуть что мы задумывали тайное, Люська подслеживала за нами и докладывала учительнице. И команда ее была такой же.

     В моей команде был я, «Вовка-смирный», Люба, «Любочка – сонная плакса» и Степа, «Степка-очкарик». Хорошая команда, не так ли?

      Презрение к Люське Орловой пришло уже в 3-м классе. В тот прекрасный день, по математике Ольга Юрьевна устроила контрольную. В связи с тем, что я накануне вечером так зарисовался красками, что забыл сделать уроки (при этом я даже запер дверь комнаты, чтобы младшая сестра Нинка не увидела мои художества). И к контрольной я не подготовился в том числе.

     Так вот, я встал, до конца не пробудившись еще от чудесного сна, умылся, оделся, съел лапшу с чашкой сладкого чая. И только я хотел идти в школу, как меня пронзила мысль, что я совсем не сделал домашнее задание. И тут же я вспомнил про обещанную контрольную. Сердце у меня ушло в пятки! Я присел на стульчик в прихожей и, еле сдерживая слезы, думал: «В школе одни двойки получу…Прямо с понедельника.  И папа мне не купит новый велосипед! А ведь скоро май…»

     Тут из комнаты выбежала Нинка. Она кинула в меня мячик и крикнула:

--- А я уде в детский сад собилаюсь! А ты идешь в школу?

--- Иду, - пробурчал я и, накинув на одно плечо мой ранец, набитый книжками, пошел к выходу.

     Погода во дворе стояла холодная. Моросил дождик. Я накинул капюшон моего серого плащика.Я шел стремительным шагом, чтобы юркая Нинка не догнала меня. Мысли в голове перемешались. Наконец прояснилась только одна: «Идти в школу». Вот наконец вдали показалась наша школа. «Приехали…- подумал я, - Теперь точно двойки не миновать».

     Меня догонял Степа. Он, видно, тоже был чем-то напуган.

--- Идешь в школу? – спросил я.

--- Иду, - буркнул он.

--- Боишься контрольной?

--- Боюсь. Очень боюсь.

--- Делал уроки?

--- Ух, ну по правде нет.

--- Вот это да! Я тоже, - улыбнулся я и хлопнул Степку по плечу, - Давай пойдем в мое убежище. Там просто классное укромное место!  Я соорудил свой дом в старом, никому не нужном гараже. Завесил вход одеялом. Там много всякого барахла, так что не соскучишься. Пошли!

     И мы пошли в мой «дом».

 

     В гаражике было душно и темно. Немного пахло бензином. В стене была прореха, так что было немного света. Там был мячик с дыркой, заклеенной изолентой, азбука в порванном переплете; плюшевый мишка с пуговицей вместо глаза, с пришитой лапой; набор старых карт, стульчик со сломанной ножкой. И много еще нужного мне мусора.

     Мы зашли. Степе тут же присел на кожаную подушку, а я зажег керосиновую лампу. Мы долго сидели молча на кожаной подушке. А на улице слышались голоса. Я включил старую, хриплую радиолу. Там сквозь свист и хрип еле прорывалась какая-то детская песенка.

      И тут вдруг в «дом» вошла Люба вся в слезах. Я выключил радиолу.

--- Что случилось? – спросил Степа. Люська выдала тираду:

--- Вы-то прогуливаете, а меня с урока выгнали, потому что я облила чернилами платье Ольги Юрьевны!

После этого Люська кинула ранец в угол и села на подушку, рыдая и утирая платьем мокрое лицо.

--- Ну не плачь! – стал успокаивать Любу Степа.

 - От слез нет никакого толка, - вставил я, - От слез только глаза красные, и тем более от такой ерунды!

--- Ерунды?! – Люба даже встрепенулась, - Меня…меня к директору поведут, а вам ерунда! – сказав это, Люба замолчала. Как такое могли сказать ее лучшие друзья? Слезы одна за другой капали на коричневое платье. Мы со Степкой тоже приуныли. Да, обидели мы Любочку. В прореху залетали серые капли дождя. Послышался раскат грома. Дождь усилился, забарабанил по железной крыше гаражика. Все вокруг запахло сыростью.

     Тут Степа оживился.

--- Слушай, Люб! Я наберу воды в ведро и умою тебя! Дождевая вода полезна, - важно добавил он, и побежал за жестяным ведром в уголке.

Любка сквозь слезы что-то пробурчала .Степка схватил ведро и выбежал. На улице гром все продолжал греметь, дождь хлестал Степу по синему пиджачку, красный галстук совсем намок. Но нашему Степке все было нипочем. Он подставил ведро к крыше гаража, ловя струи, как вдруг с изумлением увидел, что к гаражику направляются Люська и Боря Миндалев из ее команды. Они держали ладони над головой «домиком» от дождя Люська увидела Степу и, указывая на него пальцем, крикнула:

--- Вот он, наш прогульщик!

Степа от испуга выронил ведро и бросился в гараж. Мы тоже испугались, когда Степа внезапно влетел в наше укрытие.

--- Ты чего? – спросила Люба, забыв про слезы.

Степа не успел им поведать про Борю и Люсю, как они показались в дверях. Люба, увидев наших врагов, нахмурилась, а я закашлялся, но, набравшись смелости, начал:

--- Люся, э-э-э, давай поговорим по-серьезному, как капитан с капитаном.

--- Не буду я с прогульщиками разговаривать, - перебила меня Люська, и, увидев радиолу, с интересом начала ее ощупывать. Меня охватила злость, что наше укрытие нашли, да вдобавок ощупывают наши вещи. Я вскочил и кинулся на Люську, в это время меня за плечи схватил Борька, а Люба вцепилась ему в ногу. Дальнейшее я плохо помню. Была большая драка, самая большая битва нашей команды. Нас было трое, мы победили, и Борька с Люськой с позором бежали из гаража. Но потом… Люська нас выдала, это как пить дать. Нас ругали на родительском собрании, на собрании пионерской дружины. Конечно, мне не купили велосипед. Тот год закончился плохо для учебы, но хорошо для нашей команды: мы больше сдружились. А Люську с тех пор мы особенно невзлюбили.

 

 

«МАШИНА ВРЕМЕНИ»

 

     В 4-м классе характер у меня был непослушный. В классе меня уважали, хотя я был маленький и низенький. Некоторые соклассники называли меня «изобретателем», потому что однажды я решил соорудить космический спутник. И когда мы потащили на улицу старую стиральную машину, мама сказала:

--- Без всяких затей! Машина старая, но моя! Не дам!

     Так мы остались без спутника. Но вот мы решили соорудить машину времени с часами. Вот как это было.

     Мы с Нинкой, Степой и Любочкой сидели во дворе на скамейке. Было субботнее утро. Мяч у нас отобрали, потому что накануне мы чуть не разбили стекло соседки тети Нюры с 1-го этажа. А что делать. Если мяча нет? В салки, в прятки играть? Надоело, да и прятаться негде. Тут Степу осенила яркая мысль:

--- Давайте что-нибудь изобретем! Мы же с вами изобретатели, - предложил он.

--- Хватит! Уже изобрели спутник, - махнул рукой я и отвернулся.

--- Ну давайте изобретем хоть э-э машину времени, - не унимался Степа, - Станем великими, ведь ее еще не изобрели! Туда-сюда будем летать: в прошлое – контрольные исправлять, в будущее – узнавать, что дальше будет.

     Степка сидел, как на иголках. Нина очень обрадовалась и сказала:

--- Будем стлоить здесь, в тайне от мамы. Я сейчас ее часики притащу!

И Нинка побежала домой. А мы стали обшаривать все закоулки, в поисках чего-нибудь подходящего для машины. Нашли только железки, деревяшки с гвоздями, но были довольны. Нинка притащила игрушечные часики, по которым, кстати, она уже могла узнавать время.Я рассердился, но она объяснила, что мама свои часы не дала. Пообещав принести деревянную табуретку для «масины» времени, она снова убежала домой. Степа тоже из дома принес инструменты и большое автомобильное колесо с балкона. Люба принесла спички, большие настенные часы и длинную веревку. Когда Нина принесла табуретку, мы со Степой начали мастерить на ней большой кузов «машины времени» из досок. Люся прикрепила свои часы с кукушкой к кузову. Все это увидела какая-то бабулька с двумя внучатами, которая присела с ними на лавочку.

--- Что вы это там делаете? – поинтересовалась она.

--- Машину времени! – гордо ответила Нинка и запрыгала на одной ножке. Старушка охнула и, взяв внучат за руки, быстренько засеменила прочь.

--- Никто нам не верит, - вздохнула Люба.

--- Зато потом поверят, - деловито возразил Степка, выпиливая дырку в кузове.

Даже прохожие останавливались и смотрели на нашу работу. Свежий ветерок обдувал наши распаленные лица. Мы не замечали, что настало обеденное время, и мама уже звала нас домой. Это было не просто хорошо, а замечательно! Перед нами, наконец, стояла настоящая машина времени! Осталось только взобраться на табуретку, сесть на нее и поехать в будущее, в прошлое!

--- Включить зажигание! – с этими словами Степка поднес спичку к просмоленной веревки, которая торчала из кузова. Огонек пустился по веревке, как по бикфордову шнуру. Мы ахнули от неожиданности, когда огонь достиг кузова и Любкиных часов. Часы принялись гореть, а машина на глазах стала разваливаться, и вдруг с треском слетела с табуретки, как живая. Тут все заполыхало ярким огнем, даже соседний куст. Мы стояли как вкопанные. Прохожие останавливались, но почему-то не восхищались, а ругались. Кто-то из них побежал вызывать пожарных…

     Вскоре приехала пожарная машина, и пожарные вмиг потушили огонь с помощью шланга, из которого неслась вода. Нас увели в сторону, но мы не расходились, а с грустью смотрели на сгоревшие остатки и обломки «машины времени». Когда все закончилось, мы подошли к  ней, и из горстки горячего пепла палкой выудили обугленные настенные часы с кукушкой. Маленькая Нина зарыдала, вспомнив, что и ее игрушечные часики были в кузове, а их уж не найти…

--- Давайте не унывать, - прервал общее оцепенение Степа, - Да, жалко нашу машину времени. Давайте пойдем домой, и получим заслуженное наказание.

Мы согласились и разбрелись по домам. Любке попало дома за настенные часы. Степке попало от папы за пожар на улице. И от нашей мамы мне и Нинке досталось хорошенько. Мне пригрозили ремнем, Нинке целый месяц запретили есть сладкое. Но это пустяки. Больше всех мне было жалко не нашу машину, а Нинку. Она весь вечер просидела в чулане в слезах и с коркой хлеба, вспоминая свои часики.

    С тех пор мы больше не играем с огнем, даже если что-нибудь изобретаем…

 

 

ПОСТОРОНИСЬ, МАЛЫШНЯ!

 

     В этом учебном году мы – четвероклассники. Решаем примеры по математике: тысяча двести минус девятьсот девяносто девять! Математика стала ну просто невероятно сложной! После школы я приходил и прямо валился на диван от усталости. Но вот однажды учительница литературы Алла Ивановна сказала мне:

--- Володя, за чтение я ставлю тебе пятерку. И сегодня ты будешь дежурный. Понял?

Меня охватило чувство радости и гордости, я прямо-таки крикнул:

--- Конечно, Алла Ивановна! Я здесь подежурю, не забуду полить цветы и покормить рыбок!

Люська ехидно посмотрела на меня и вдруг выпалила:

--- Нет, Алла Ивановна! Вовка все испортит! Он такой неуклюжий. Он опрокинет аквариум с рыбками на портрет Пушкина!

Дети засмеялись, но ее речь прервал звонок. Я показал Люське кулак, а сам выбежал в коридор и стал всем объявлять:

--- Я дежурный! Посторонись, малышня! Пропустите дежурного, а не то…

--- А не то щас как врежу! – пригрозил мне один второклассник, но я ловким пинком убрал его с дороги, продолжая вопить: «Посторонись!»

Когда я добежал до кабинета английского, там стояла Люська во всей своей красе. Она заявила:

--- Знаешь, Вовок, я попросилась дежурной тебе в пару. Подежурим вместе?

Я чуть было не заплакал от досады. Нет, дежурить с Люськой было невыносимо. Но я надел маску ледяного спокойствия и вошел в класс. Пролетел последний урок английского языка, и  я побрел на дежурство к кабинету литературы. Там уже вовсю хозяйничала Люська. Она крошила корм из пакетика в аквариум. Она ,не оборачиваясь, съязвила:

--- Это ты, селедка?

--- А ты, мочалка, - обиделся я и дернул ее за похожий на мочалку хвост.

--- Ах так?! – Люська бросила корм с рыбками и выбежала из класса. Не успел я начать протирать портрет Пушкина, как в класс вбежал тот самый второклассник, которого я пнул в коридоре. За ним влетела его подмога:  школьные хулиганы Димка и Лешка из 2-го класса.

--- Ты, дежурный, получи! – с этими словами хулиган выбил из-под меня стул, на котором я стоял, протирая портрет. Падая, я пытался удержаться за портрет Пушкина, но он упал вместе со мной. В это время Димка и Лешка бегали вдоль окна и переворачивали горшки с цветами. Один горшок упал в аквариум.

---Бежим! – хулиган дал знак, и они трое исчезли, не дав мне опомниться.

---Что происходит? – эти слова вывели меня из смятения, но тут же снова ввергли в шок. В кабинет вошла Алла Ивановна.

---Что происходит, С-смирноф-ф ?! – слова учительницы повисли в звенящей тишине. А что было отвечать? На полу валялись горшки с землей и цветами, один из них  шел ко дну в аквариуме, а портрет с Пушкиным…

--- Алла Ивановна, я же вас предупреждала! – в кабинет сунула нос Люська, но сама ужаснулась, во что вылился ее план мести, и так и не вошла в кабинет, - Ой, рыбки! – стала канючить она из-за двери.

     Я и сам, взлохмаченный и красный, был похож на оглушенную рыбу. Хотел было открыть рот, чтобы рассказать о том, что это все Люська организовала, но, слушая ее хныканье, понял, что с девчонкой связываться бесполезно.

--- Рыбки! Рыбок жалко, - хныкала она в коридоре, боясь войти.

А меня повели к директору. И замечание в дневник влепили только мне…быть дежурным так непросто! Особенно в паре с девчонкой…

 

 

МОРОЖЕНОЕ

 

     Это был чудесный зимний день. Светило солнышко, и снег на лавках и на крышах гаражей тоже светился. Выйдя из дома, я не удержался и прыгнул в сугроб. Мне стало холодно и…уютно. Наевшись снега, я еще с удовольствием повалялся. Вылез я весь в снегу. Снег был у меня на шапке, за воротником, на варежках и пальто. Я отряхнулся и пошел дальше. Солнышко светило все ярче и ярче. Стаи ворон, суматошно каркая, переносились с одной березы на другую. Мне захотелось чего-то вкусного и сладкого. Я решил поискать ларек с мороженым. Ведь до урока оставалось целых 15 минут! Я мигом помчался на Севастопольскую. Издали я заметил Любу в своей сиреневой шапочке, но у меня была другая цель – мороженое. Но ларек был еще закрыт. Мороз щипал уши и щеки. Но я все же решил: без мороженого в школу не пойду! Я уже две недели не ел мороженого! Я устал, бегая по улицам. Ноги замерзли и гудели от беготни. Лицо вспотело, несмотря на мороз. В конце концов,  я покружил и снова оказался у собственного дома. И прямо напротив привезли выносной лоток с мороженым! Я с облегчением направился к нему. Купив себе стаканчик, пошел в школу. Я смаковал сливочное, сладкое и необыкновенно вкусное лакомство! Но, когда я дошел до школы, было уже поздно. Шел давно уже 2-й урок русского языка. Перед самым входом я облизал руки. Разделся я моментально, как солдат. Самое трудное было снять мокрые сапоги. Впопыхах я одел не так сменку: левый ботинок на правую ногу, правый на левую. С трудом натянув обувь, я стал красный, как рак. Вахтерша тетя Мила даже забеспокоилась:

-- Ой, милок, ты что это весь красный? Болеешь, а в школу пришел?

Только этого мне не хватало! Мила хоть и была доброй старушкой, но страсть как любила поговорить да подольше. Я на ходу сказал:

--- Да нет, теть Мил, не болею. Будильник не прозвенел.

Но та не сдавалась:

--- А знаешь, мой будильник марки «Чайка» никогда меня не подводит! А у вас какая марка?

---«Свема», - буркнул я.

--- А что это у тебя весь рот белый? Давай протру! – тетя Милый полезла в карман халата за платком, но я быстро облизал губы и, убегая, кинул:

--- Это от снега, теть Мил.

--- А что там, пурга? – донеслось до меня.

--- Да,  там буря мглою небо кроет! – продекламировал я, а тетя Мила сделала последнюю попытку удержать собеседника:

--- Да ты постой, милок, все равно ведь звонка с урока не было!  

Но меня уже было не остановить. Пришел я к самому концу урока. И, несмотря на замечание в дневник,  за весь день ничуть не пожалел, что все-таки купил в тот день мороженое!

 

 

СУББОТА С РОБИНЗОНОМ КРУЗО

 

     Было субботнее утро. Я проснулся довольно-таки поздно, не как всегда. Со спокойствием выходного дня умылся, оделся и подошел к книжному шкафу. Там я взял книжку «Приключения Робинзона Крузо». Почитав ее, ясно представил себе картину: Робинзон и Пятница разожгли костер и лакомились мясом. Я очень любил эту книгу и читал ее все выходные напролет. В моей книге были черно-белые картинки, а я раскрасил их, и они стали еще красивей. А в тот день я подумал: а почему бы самому не стать Робинзоном? Конечно, у нас не было рядом моря или океана, да и необитаемого острова тоже не было. И Степка бы не сгодился на роль индейца Пятницы: индейцы очки не носят. А ведь так хочется жить, пусть не на настоящем острове, но хотя бы в шалаше, готовить самим еду, сражаться с животными.

     И тут я не стерпел. Живо надел сапоги, куртку и выбежал во двор. Там была настоящая снежная буря. Снежинки кружились в вальсе, усаживаясь на меня отдохнуть. Замело все горки. Я представил себе, что на необитаемом острове вдруг наступила зима. Прохожие – это дикие животные, а я – Робинзон Крузо. По колено в снегу я решил построить себе снежный дом. На всякий случай я взял за пазуху книжку, чтобы все делать, как Робинзон. Как только я  достал ее, снежинки тотчас устремились на книгу, она стала мокрой. Я стал лепить снежную гору. Снег не поддавался, гора кренилась, но я был упорным, и наконец гора была готова. Я с облегчением вздохнул и стал прорубать отверстие в горе. Пот скользил по горячей голове, но я знал, что Робинзон Крузо тоже так страдал, когда строил себе жилище в полном одиночестве. В снежной кутерьме я потерял перчатки, руки стали холодными, зубы стучали от холода. Когда отверстие было прорублено, я влез в сугроб и некоторое время еще наблюдал, как снег залепляет мое отверстие. Какая-то сонливость подкрадывалась ко мне.

     Дальнейшее я помню плохо. Помню, как меня вывел из сугроба папа, а в теплом доме мама и Нина уложили меня в постель. Нина прикладывала к моей голове мокрый компресс, а мама тревожно встряхивала градусник. Потом я провалился в сон, а когда проснулся, увидел на тумбочке съежившуюся, потерявшую форму книгу «Робинзон Крузо». Сестра Нина ждала, когда я проснусь, и поспешила мне сообщить, что всю ночь я бормотал в жару о Робинзоне, который остался в сугробе, и он там пропадет. Папа, наконец, догадался, что во сне я вспоминал, что книга осталась во дворе, пошел туда и раскопал ее моей лопаткой.

--- Эх ты, Лобинзон, луковое голе, - съязвила Нинка.

   Но я на нее не обиделся. Меня охватила радость, будто бы я снова обрел своего друга. Прижал кургузую книжку к себе и счастливо улыбнулся: все-таки хорошо после приключений в духе Робинзона оказаться снова в теплом родном доме!

 

 

ССОРА

 

     К следующему воскресенью мне стало заметно лучше. Я даже встал очень рано и, откинув одеяло, побежал в ванну, чтобы умыться. Прохладная вода освежила мое розовое после сна лицо. Мне стало весело и хорошо на душе, и я улыбнулся. Я вышел к завтраку румяный, веселый, даже солнышко заглянуло к нам в кухню, и пылинки заплясали в солнечном луче. Я захотел поиграть с пылинками, мне казалось, что я могу их поймать, и закружился по кухне. Домашние радостно наблюдали за мной, видя, что я выздоравливаю. После завтрака я позвонил Степке. Трубку поднял он сам.

---Э-э-э, але, - зевнул он в трубку.

--- Это я, Вовка!

--- Ты что, зачем разбудил меня, всего 8 утра?

--- Ну, Степ, ты же обещал мне, когда я выздоровею, показать мне свою новую машинку.  

--- Ну ладно, приходи, - сонным голосом сказал он.

     Мне показалось, что он на меня обижен за то, что я его разбудил. Но уж очень хотелось пойти к нему и поиграть! Я зашел к Нине и попросил ее передать родителям, что я ухожу. Маме я не решился это сказать: вдруг еще не отпустит. Оделся я потеплее, чтобы не попасть в такую же переделку, как на прошлой неделе, и пошел к Степе.

     Квартирка его была очень маленькая и тесная. Она была заставлена шкафами, наполненными книгами. Не зря же он носил очки! Наверное, он перечитал почти все книги из своих шкафов. Там были видны корешки старинных книг Пушкина, Гоголя, Шекспира, Дюма, Лермонтова, Льва Толстого. Мне казалось, что на шкафах лежит тонкий слой серой пыли от старинных томов, хотя я знал, что Степкина мама часто убиралась там. Степка жил только с мамой, я знал, что папа Степы был настолько старше мамы, что даже воевал на фронте. И его уже не было в живых. Степа очень жалел свою маму, и много читал, так как считал, что от чтения от него отходят грусть и печаль.

     Книжные шкафы в Степкиной квартире стояли даже в прихожей, а комната была всего одна. И в ней на полках стояли книги, книги, книги…Я никогда даже не видел у них включенного телевизора. Так что жизнь у Степы была сложной, хотя ее скрашивали книги. И квартира Степы была похожа на библиотеку.

     Я вышел во двор. Было еще достаточно темно. Но сквозь крышу соседнего дома показался первый луч зимнего солнца. И черное небо постепенно приобретало нежную голубизну. Пахло свежестью холодного снега. Луч солнца упал на старую горку. Было тихо и не по-зимнему тепло. Лишь слышался отдаленный гул машин и лай собак. Мне захотелось прервать утреннюю тишину. С воплем бросился в Степкин двор:

--- Ха-ха! Ха-ха! – вскрикивал я, бегая по рыхлому снегу. Я – индеец! Зима в Индии!  

     Из окна выглянула старуха и стала сердиться:

--- Что носисься как ненормальный! Делать нечего? Хде живешь-та? Ходют тут всякие!

--- Тутошний я, - мое хорошее настроение было трудно испортить.

--- А вот как выйду с метлой! У-у-х!  - все сердилась старуха.

Я подумал, что она – ведьма с метлой и испугался. Быстро побежал в сторону Степкиного дома.

     Дверь открыла Степкина мама, Марта Петровна.

--- Ну, заходи, ранний гость, - сказала она.

С утра она мне показалась худенькой бледной девушкой, а не серой сутулой библиотекаршей, какой она на самом деле была. Она смотрела на меня сквозь очки внимательно, к тому же очень ласково. Ее руки казались тонкими, как ленточки. В руке она держала платочек в горошек.

     Я последовал за ней в квартирку. С кухни вкусно пахло картошкой. Степка был еще в майке и трусиках, только что с постели. Он невольно улыбнулся мне, хоть я и не дал ему поспать. В комнате мне все чудилась пыль, но мне там все было интересно. На ковре валялись книги и машинки.

--- Давай играть! – предложил я.

Мы играли, и маленькая комнатка с маленьким ковром казалась огромной и полной чудес!

--- Мальчики, идите кушать! Наигрались, наверное? – донесся с кухоньки голос Марты Петровны.

     Дома я позавтракал, но в гостях всегда вкуснее, и мы побежали на кухню.  Даже там на полочках стояли кулинарные книги, а сверху – очень красивые тарелочки и чашечки. Я слышал, что их привез из Германии Степкин отец, когда пришел с войны. Мама Степы накрыла на стол, щедро наложила мне жареной картошки с луком. От нее исходил аромат. А еще нам поставили тарелку с пирогами и яблочное повидло. В чашках дымился горячий чай. Мы ели эту простую еду и смеялись. Степа рассказывал мне, что у него просто чудо-мама. Я понял, что он – мамин защитник. Степке повезло с мамой. Жили они небогато, но Степка умудрялся даже быть пухленьким. После завтрака мы пошли играть в догонялки. Но снега насыпало по колено, и поэтому нам скоро стало трудно бегать. И тут меня осенило:

--- А давай пойдем ко мне!

     Странно, но Степка ни разу не был у нас в гостях. Может быть, потому, что моя маленькая сестра Нина укладывалась днем спать, и шуметь было нельзя. Уже начинало темнеть по-зимнему рано, и мы быстро дошли до моего дома. Он был 6-этажный, и не такой низенький, как у Степы, поэтому там был лифт. Мы со Степкой сначала в нем покатались, так как у него в доме лифта не было. Моя квартира намного отличалась от Степиной. Она была большой, и в ней не было столько книг. В ней было больше света, но, как мне казалось, меньше тайны. У меня была своя комната, отдельная от родителей. Я открыл дверь, и мы со Степой прошмыгнули в холл. Но незаметно пройти не удалось, так как к нам вышла Нинка с плюшевым мишкой и громко затараторила:

--- А, пливет Вова, пливет, Степа. А тебя мама искала, тебе достанется!

Мама услышала нас и вышла из кухни.

--- Володя, где ты был? Как ты смел уйти без спроса из дома? Ты же еще не выздоровел?! Тебя      папа  обещал наказать!

     Степка робко поздоровался с моей мамой, а при слове «папа» и вовсе стушевался. Мы, виновато опустив головы, юркнули в мою комнату. Но игра уже не клеилась, и мои новенькие машинки не казались такими интересными, как Степины. Но, чтобы сгладить свои упреки перед Степой, скоро мама нас позвала пить чай, Мой папа работал начальником цеха на фабрике «Красный Октябрь», и у нас на столе стояли всегда свежие шоколадные конфеты. Мне даже дарили шоколадные медали за пятерки!

      За чаем мама все расспрашивала Степку о его жизни с мамой, и все удивлялась, как они умещаются в такой маленькой квартирке.

--- У Степы даже пройти в квартиру нельзя: все заставлено книгами! – бодро воскликнул я, не подозревая, что могу обидеть друга. Мама ойкнула, а Степа покраснел.

--- В тесноте, да не в обиде, - попытался сгладить неловкость мой папа.

--- Степочка, ты ешь конфетки, они у нас свежие! Вы с мамой, наверное, нечасто их едите, - не унималась мама, желая показать, что на ее столе не переводятся шоколадные конфеты.

     Степа ел конфеты, понурив голову, так, словно это был не шоколад, а хина.

--- Ну ладно, вы тут пируйте, а мне пора, - с этими словами папа встал из-за стола.

--- Мой папа больсой! Он – натяльник, - важно произнесла Нина, явно повторяя, то, что ей не раз говорила мама.

--- Да, он начальник на крупной фабрике. Он устает, - важно поддакнула мама, - А твой папа, где работает?

И тут Степа произнес ясно и отчетливо, так что все притихли:

--- Мой папа умер от фронтовых ран. Он дошел до Берлина.

И я впервые почувствовал, что моему другу неловко и неуютно у нас в гостях. Но мое открытие прервал звонок. Звонила Вера Татарова из класса. Она долго и нудно выспрашивала меня о заданиях на дом. После звонка Нинка попросила меня включить телевизор, и я долго искал ей передачу «Спокойной ночи малыши». И, когда я захотел позвать Степку смотреть телевизор, оказалось, что он грустно сидел в моей комнате!

--- Степ, пойдем посмотрим цветной телик, - по-идиотски бодро предложил я.

--- Да, мы же с мамой нечасто смотрим цветной телевизор! И вообще у нас нет телевизора. Потому что я его не-на-ви-жу, - Степка сказал это также отчетливо, как говорил с моей мамой на кухне.

     С этими словами Степа резко встал и направился через всю нашу большую квартиру к выходу. Тут только я понял, как уютно было нам с ним играть в его маленькой квартирке, и как вкусна была картошка у его мамы, а от наших шоколадных конфет у Степы, наверно стоял ком в горле! И это мое хвастовство по поводу цветного телевизора!

--- Степ, ну не уходи, ну этот телик. Давай в машинки! – просил я, но Степу было уже не остановить. Он судорожно накинул пальтецо, старую шапочку с шарфом взял в руки и выбежал из нашей квартиры. В тот момент он не был похож на пухленького очкарика, маминого любимца. Он, наверное, стал похожим на своего отца-фронтовика. Дверь захлопнулась, я еще пытался его позвать, выйдя на лестничную клетку, но в ответ услышал лишь быстрые шаги.

     Я всегда воспринимал Степку как дружка-увальня, который всегда подчинялся мне, как капитану нашей школьной команды единомышленников. И поэтому я не знал, как теперь себя вести, когда мы в ссоре. Голову сверлила мысль, что Степка уйдет из нашей команды. Это было так страшно, что я ему позвонил. Но Марта Петровна, его мама, сказала, что Степа еще не пришел домой. Я представил, что он бредет маленький, одинокий, сквозь снег, в своем старом пальтишке, что голос мой задрожал от слез:

--- Марта Петровна, послушайте меня! – я заговорил горячо и быстро. – Передайте Степе, что вы – самая лучшая в мире мама, что у вас самая лучшая в мире уютная квартира! Степа обиделся на меня, он подумал, что я хвастаюсь! Но это моя мама хвасталась, что у нас шоколадные конфеты! А я их сам не люблю, а Степка – самый хороший. Передайте, чтобы он не обижался, ладно?

Я это выпалил и услышал ответ Марты Петровны:

--- Володя, успокойся, я все передам, - она говорила со мной также ласково, как утром, - Степа просто очень обидчивый, ты же знаешь, что это из-за того, что я одна. И ты его прости.

--- Марта Петровна, вы не одна! У вас самый лучший в мире сын, - я от всей души так считал.

--- Спасибо, Володя, ты очень хороший мальчик.

И Марта Петровна положила трубку.

Так закончился тот день, который так волшебно начинался. Степка не ушел из нашей команды, его мама убедила его простить меня, а ей он доверял. И ведь я от всей души любил Степку! А шоколадные конфеты я на самом деле не люблю до сих пор!

 
< Пред.   След. >
С именем Островского

Школа на Житной, 6
с углубленным изучением английского языка
имени А.Н. Островского
(структурное подразделение ГБОУ Школа № 627)


Прошлое и настоящее
НАШЕЙ ШКОЛЫ




Последние статьи
Популярное